Те, кому не положено просыпаться

Часть первая. Нижний горизонт

На глубине четырёхсот метров закончились следы взрывчатки.

Сержант Вард заметил это раньше, чем изменилась порода. До сих пор стены штольни сохраняли обычные следы человеческой работы: отверстия под заряды, борозды буровых коронок, крепления для кабелей. Затем всё исчезло. Последние три метра прохода выглядели так, словно камень вычерпали ложкой.

Вард поднял кулак. Семеро за его спиной остановились; лишь сервитор сделал ещё один шаг, натянул поводок кабеля и замер, тихо щёлкая чем-то внутри грудной клетки.

— Здесь, — сказал сержант.

Сапёр Кель приблизился к стене, но трогать её не стал. Посветил фонарём вдоль поверхности, изменил угол, потом присел.

— Не наши.
— Я вижу.
— Не шахтёры, я хотел сказать. Тут даже пыли нет.

Пыль была повсюду: на сапогах, в складках формы, в засохшем поту под бронежилетами. За последние два часа разведчики успели вдохнуть достаточно, чтобы потом неделю кашлять серой мокротой. Но последние метры штольни были чистыми. Свет ложился на них ровно, без привычных искорок кварца.

Вард обернулся к приданному группе техноадепту.

Лекс-Одиннадцать стоял чуть позади остальных. Его красное одеяние, подвязанное поверх узких плеч, успело стать почти таким же серым, как солдатская форма. Вместо левой руки у него был короткий манипулятор с тремя сменными насадками; правая оставалась человеческой и всё время держала край капюшона у горла.

— Это искомая аномалия? — спросил Вард.
— Вероятность высокая.
— Насколько высокая?
— Достаточная для продолжения обследования.

Вард посмотрел на него ещё секунду, затем отвернулся.

На поверхности такие ответы звучали убедительнее.

Полк прибыл на Картен-IV восемнадцать дней назад. Планетарный губернатор объявил, что шахтёрские волнения подавлены, и запросил лишь временное усиление гарнизона. В первый же вечер местная рота обстреляла прибывшую колонну. На третий день в вентиляционной башне нашли связного мятежников с отпиленными руками. На пятый обнаружилось, что часть добывающих комплексов продолжает работать, хотя людей в них больше нет.

Теперь разведгруппы спускались в нижние горизонты: искать склады, обходные пути и тех, кто поддерживал движение руды.

Из шахты Семнадцать-Южная дважды приходили автоматические отчёты о выполнении нормы.

Она считалась заброшенной сорок три года.

— Продолжаем, — приказал Вард. — Дистанция три метра. Ничего не трогать. Кель, убери резак.
— Уже убрал.
— Теперь убери желание им пользоваться.

Сапёр поднял пустую ладонь.

Проход поворачивал вправо. За поворотом луч фонаря упёрся в чёрную плоскость.

Вард сначала принял её за дверь. Потом заметил, что плоскость продолжается над головой и уходит по обе стороны так далеко, как хватало света. Штольня пробила оболочку огромного сооружения, погребённого внутри горы.

В чёрном материале зияло узкое отверстие неправильной формы. Его края были оплавлены; у основания лежали остатки буровой машины, почти целиком погрузившейся в пол.

От машины сохранились кабина, половина гусеницы и железная табличка с номером. Всё остальное исчезло.

Кель провёл лучом по обрубленным трубам.

— Кто-то всё-таки воспользовался резаком.

Лекс приблизился к отверстию. Его манипулятор раскрылся, выпуская тонкий измерительный щуп.

— Не приближайся, — сказал Вард.
— Требуется определить состав.
— Определишь отсюда.

Техноадепт задержал щуп в воздухе. Несколько секунд он стоял неподвижно, затем послушно сложил инструмент.

Это встревожило Варда сильнее, чем спор.

За проломом начиналась лестница.

Она была слишком широкой для служебного прохода и слишком низкой для удобного человеческого шага. Ступени спускались полого, заставляя то удлинять шаг, то сбиваться на короткую дробь. По стенам тянулись неглубокие желоба. Вард решил, что это украшение, пока в одном из них не зажглась зелёная линия.

Свет прошёл вниз, словно что-то утекало от людей в глубину.

Связистка Сенн остановилась.

— Сержант. Поверхность пропала.
— Когда?
— Только что. Была несущая, теперь нет даже помех.

Она переключила частоту. В наушнике Варда раздались три сухих щелчка и затихли.

— Внутренняя связь?
— Работает.
— Оставь ретранслятор у пролома.

Сенн сняла с ранца небольшой прибор, разложила опоры и закрепила его на ступени. На корпусе мигнул жёлтый индикатор.

Лекс следил за зелёной линией. Из-под капюшона донёсся короткий звук, похожий на вдох.

— Говори, — потребовал Вард.
— Вероятная ксеноструктура.
— Какого вида?

Техноадепт повернул к нему лицо. Одна половина состояла из бледной кожи, другая — из потемневших металлических пластин. Сейчас обе казались одинаково неподвижными.

— Некронская.

Никто не ответил.

Вард видел некронов только на учебной пиктограмме. Серебристые скелеты, зелёное оружие, красные стрелки, указывающие места предполагаемых сочленений. Инструктор советовал сосредоточивать огонь, не подходить к павшим и немедленно сообщать о контакте. Полезных советов о том, что делать внутри их сооружений, не было.

— Тогда возвращаемся, — сказал он.
— Требуется подтвердить…
— Ты подтвердил достаточно.

Сержант развернулся первым.

Сверху донёсся металлический стук.

Не удар. Скорее звук инструмента, который аккуратно положили на стол.

Затем ещё один.

Они успели подняться на двенадцать ступеней, когда увидели, что пролом исчезает.

По обгоревшим краям двигались мелкие механические существа. Плоские панцири, несколько суставчатых лап, зелёные огоньки на нижней стороне. Одни ползали по стене, другие зависали перед ней. Там, где они проходили, чёрная поверхность вытягивалась тонкими нитями и соединялась.

Вард различил за сужавшимся отверстием штольню, оставленную буровую машину и свет фонаря ретранслятора.

— Кель. Заряд.

Сапёр уже вытащил пакет взрывчатки.

— Не применять, — резко произнёс Лекс.

Вард оттолкнул его плечом.

Кель бросил заряд в отверстие. Пакет ударился о край и остался висеть на липком креплении. Сапёр нажал пуск.

Взрыв тесно ударил в грудь, выбил из ушей все звуки и бросил людей на ступени. Чёрная поверхность выгнулась внутрь, разорвалась; в образовавшуюся щель хлынула серая пыль.

А затем поднялась обратно.

Сержант смотрел, как сквозь дым сходятся края. Один из механических жуков, перевёрнутый взрывом, шевелил лапами на ступени. Другой опустился рядом, коснулся его тонким придатком, и оба вернулись к работе.

Через полминуты перед разведчиками стояла сплошная стена.

Даже оплавленного пятна не осталось.

Сенн прижала ладонь к наушнику.

— Ретранслятор ещё передаёт.
— Что?
— Он с той стороны. Передаёт проверочный сигнал.

Вард приложил руку к чёрной плоскости. Она была холодной.

— Тогда пусть передаёт.

Они спустились.

Вард не называл это продвижением: единственный доступный путь вёл вниз, а оставаться у стены значило ждать, пока местные механизмы решат, что именно следует сделать с людьми.

Лестница закончилась на галерее над огромным залом. Фонари не доставали до дальней стены. Внизу стояли прямоугольные колонны, расположенные с такой точностью, что при взгляде под определённым углом все они сливались в единственную чёрную массу.

Между колоннами загорались огни. Сначала в одном ряду. Затем в другом. Сенн считала их вслух, пока не сбилась.

На ближней колонне разошлась вертикальная щель. Из неё вышла металлическая фигура.

Она была выше человека, сутулая, с тяжёлым оружием в длинных пальцах. Её череп медленно повернулся. Зелёные глаза скользнули по галерее, задержались на разведчиках и пошли дальше.

Рядовой Дорн втянул воздух сквозь зубы.

— Не стрелять, — сказал Вард.

Из следующей колонны вышла ещё одна фигура. Затем третья.

Они вставали в линию, не обращая внимания на людей наверху. Один воин сделал шаг и остановился: его правая нога оставалась неподвижной. Он наклонился, будто собирался посмотреть на неё, но застыл на полпути. Через несколько секунд из груди вырвалось короткое зелёное мерцание, и фигура исчезла.

Оружие осталось лежать на полу.

Вард перевёл взгляд на Лекса.

— Он куда делся?
— Возможно, перенесён на восстановление.
— Возможно?
— Системы могли подвергнуться повреждениям за время покоя.

Внизу металлические солдаты одновременно повернули головы.

В глубине зала что-то заскребло.

Звук был длинным, неровным. Будто тяжёлый предмет тащили по полу, иногда приподнимая, чтобы снова уронить. Воины подняли оружие. Вард медленно присел за ограждением и жестом приказал остальным сделать то же самое. Первый зелёный выстрел осветил дальний проход.

В этом свете он увидел силуэт, двигавшийся на четырёх конечностях. Существо быстро перебирало длинными пальцами; с плеч и спины у него свисали полосы чего-то тёмного.
Второй выстрел попал в колонну рядом с ним. Камень — или материал, который казался камнем, — исчезал слоями, обнажая ровную светящуюся выемку. Третий попал в существо. Оно перевернулось, дёрнулось и упало. Следом из прохода появились ещё пять.

— Они стреляют друг в друга, — прошептал Дорн.

Лекс не ответил.

Одно из бегущих существ поднялось на задние конечности. Теперь Вард увидел металлический череп, вытянутые когти и человеческую кисть, болтавшуюся у него на груди.

Кисть была пришита к полосе кожи.

Сержант понял это с такой ясностью, словно смотрел не через весь зал, а держал её перед лицом.

— Отходим, — сказал он.

Позади вдоль галереи шёл коридор. Узкий, пустой, пока ещё тёмный. Они двинулись туда, стараясь не поднимать головы над ограждением. Дорн задержался всего на секунду.

Позже Вард не смог вспомнить, зачем тот обернулся: хотел убедиться, что противник остался внизу, или услышал что-то над собой. Сначала раздался удар о броню. Потом короткий, удивлённый выдох. Сержант повернул голову. Из стены за Дорном выступала металлическая лапа.

Она проходила сквозь чёрную поверхность так легко, будто та была водой. Существо вытянуло следом узкую голову, сегментированное тело и длинный хвост. Несколько красноватых линз направились на человека. Одна лапа прижимала Дорна к ограждению; другая медленно подбиралась к его горлу.

— Контакт сзади!

Стрелок Брен выстрелил первым. Луч лазгана ударил существу в голову и рассеялся по броне ярким пятном. Второй выстрел оставил оплавленную борозду возле линзы.Существо повернулось к нему. Дорн сполз на колени. Его нагрудник был пробит, и в отверстиях быстро собиралась кровь. Брен стрелял, отступая. Кель и Сенн подхватили Дорна под руки.

Вард выпустил короткую очередь в сочленение ближайшей лапы. Он видел, как лазерные импульсы попадают в одно место, но существо лишь приподнялось, собираясь броситься.

Снизу ударило зелёным. Выстрел прошёл через ограждение и попал механическому хищнику в бок. Часть сегментированного тела осыпалась сверкающей пылью. Существо рванулось назад, наполовину погрузилось в стену и застряло.

Следующий выстрел уничтожил голову. Остатки лап несколько мгновений скребли по галерее, затем втянулись в чёрную плоскость. Внизу стоял некронский воин. Его оружие ещё светилось. Он посмотрел на людей. Вард успел подумать, что сейчас тот поднимет ствол чуть выше. Воин отвернулся и выстрелил в другое существо, карабкавшееся по колонне.

— Уходите! — крикнул сержант.

На этот раз никто не задержался.

Санитарка Мара остановила их в небольшом боковом помещении.

У помещения не было двери, только прямоугольный вход. Внутри находилась гладкая скамья такой высоты, что Дорна пришлось почти поднимать на неё. На стене виднелись несколько неглубоких знаков. Ни огней, ни механизмов.

Мара разрезала форму под бронежилетом. Вард смотрел на её руки. Он всегда смотрел на руки санитаров. Лица они умели держать.

— Одно лёгкое, — сказала она. — Возможно, сосуды. Нужна эвакуация.
— Сколько у нас времени?

Мара вскрыла ампулу и ввела препарат Дорну в шею.

— Ему или нам?

Сержант промолчал. Дорн дышал с влажным присвистом. Веки подрагивали; он пытался смотреть на потолок.

— Держи меня, — попросил он.

Мара положила ладонь ему на плечо.

— Держу.
— Не ты. Сержант.

Вард взял его за руку. В коридоре мерно проходили металлические ноги. Разведчики замерли. Брен прижал лазган к плечу, целясь во вход. Мимо помещения прошли шесть воинов. Один остановился. Его зелёные глаза обвели людей, задержались на Дорне, затем опустились на тёмные капли у скамьи. Воин поднял оружие. Вард потянул раненого на себя, но тот вскрикнул, и сержант застыл, не доведя движение до конца.

Из глубины коридора донёсся резкий металлический звук. Воин опустил ствол. Он развернулся и продолжил путь. Шаги постепенно удалились. Только тогда Брен выдохнул.

— Почему?

Лекс стоял у дальней стены. Его человеческая рука дрожала.

— Получил иной приказ.
— От кого?

Техноадепт посмотрел на вход.

— Мы ещё не видели тех, кто здесь принимает решения.

Дорн умер через девять минут. Мара дважды проверила пульс, хотя вторая проверка уже ничего не могла изменить. Потом накрыла ему лицо обрезанным куском формы.

Сервитор, всё это время стоявший у входа, произнёс:

— Биологическая единица утрачена.

Кель с силой ударил ладонью по выключателю на его затылке.

— Помолчи.
— Оставляем, — сказал Вард.

Никто не спросил, кого он имеет в виду. Мара сняла с Дорна жетоны. Один положила себе в карман, второй оставила под тканью. Сержант подошёл к выходу. В коридоре стало светлее. Тонкие зелёные линии теперь шли вдоль пола и пересекались возле развилок. Иногда по ним пробегали более яркие огни.

— Нам нужен другой выход наверх, — сказал он Лексу. — Служебный путь, подъёмник, вентиляция. Всё, что ты можешь распознать.
— Системы гробницы не рассчитаны на человеческую инфраструктуру.
— Тогда путь, которым сюда попали шахтёры.

Техноадепт посмотрел на него. Вард кивнул в сторону зала.

— На той твари была свежая кожа. Здесь кто-то был до нас.

Лекс медленно опустил голову.

— Да.

Это короткое согласие сержант услышал слишком поздно. Он уже вышел из помещения, когда позади заскребло. Скамья была высокой, гладкой. Дорн не мог упасть с неё сам. Вард развернулся. Ткань соскользнула с лица мертвеца. За скамьёй, там, где ещё минуту назад была сплошная стена, раздвигались чёрные пальцы.

Мара стояла ближе всех. Она отступила, зацепилась каблуком за медицинскую сумку и едва удержалась на ногах. Из стены вытягивалось существо с металлическим черепом. У него не было одной нижней челюсти. На месте другой болтался лоскут кожи с человеческими губами. Длинные когти уже лежали на груди Дорна.

Брен поднял оружие.

— Не здесь! — Вард схватил его за ворот и вытащил в коридор. — Бегом!

Они бежали, слыша за собой стук когтей. На первом повороте сержант оглянулся. Существо не преследовало их. Оно склонилось над скамьёй. Вард побежал быстрее.

Коридор вывел их к закрытым воротам.

Кель приложил ладонь к поверхности, словно ещё надеялся найти человеческий замок. Сенн пыталась вызвать кого-нибудь наверху. Брен проверял зарядную ячейку; ему пришлось сделать это дважды, потому что пальцы плохо слушались. Лекс подошёл к стене справа от ворот. Там зажглись символы.

Он поднял манипулятор, но Вард перехватил его за запястье.

— Ты знаешь, что делаешь?
— Нет.

Впервые техноадепт ответил без оговорок. Ворота открылись прежде, чем сержант успел оттащить его назад. Внутри стояла единственная металлическая фигура. Высокая, прямая, с широкими плечами и лицом, слишком неподвижным даже для машины. На её корпусе тускло блестели золотые пластины. Длинный посох упирался в пол; по лезвию наверху медленно перемещался зелёный свет.

За фигурой возвышались ряды запечатанных саркофагов. Ни один не был открыт. Вард поднял лазган, хотя понимал, насколько мало это изменит. Существо посмотрело на него. Затем на остальных. Где-то внутри его груди несколько раз щёлкнуло.

— Шестеро, — произнесло оно.

Голос был тяжёлым и сухим. Слова прозвучали на низком готике с неправильными ударениями. Сенн судорожно втянула воздух.

Фигура продолжила:

— На внешней лестнице я насчитал семерых живых.

Вард не ответил. Лезвие посоха стало ярче.

— Где вы оставили мёртвого?

Сержант почувствовал, как рядом с ним напряглась Мара.

— В боковом помещении, — сказал он. — За двумя поворотами. Возле галереи.

Некрон замер. Позади людей в коридоре послышалось движение. Из стен один за другим выступали небольшие механические жуки. Теперь они не занимались ремонтом.

Они собирались вокруг человеческих сапог, не касаясь их.

— Он уже забрал тело, — сказал Вард.

Фигура медленно повернула голову к техноадепту. Лекс отступил на шаг.

— Я определил угрозу некорректно, — выговорил он.
— Да, — ответил некрон.

В глубине коридора раздался знакомый скребущий звук. Существо с посохом сделало шаг вперёд. Жуки расступились.

— Встаньте за мной.

Вард не двинулся.

Некрон впервые посмотрел ему прямо в лицо.

— Солдат, я не давал приказа будить этот зал.

За его спиной, в ближайшем саркофаге, зажглись два зелёных глаза.

Часть вторая. Право на пробуждение

Глаза в саркофаге двигались.

Вард видел их сквозь узкую щель: сначала оба зелёных огня смотрели прямо перед собой, затем один ушёл вниз. Металлический скрежет донёсся изнутри, и створка выгнулась наружу. На её поверхности проступили пять длинных борозд.

Некрон с посохом повернулся к саркофагу.

Он произнёс несколько слов на языке, в котором Вард не смог различить ни гласных, ни пауз. Светящиеся знаки пробежали по створке. Она начала смыкаться, но из щели уже вылезли пальцы — слишком длинные, с тонкими изогнутыми лезвиями вместо последних суставов.

Посох ударил один раз. Кисть упала на пол. Пальцы продолжали сгибаться, пытаясь ухватиться за гладкую поверхность, пока налетевшие механические жуки не скрыли их под панцирями. Саркофаг закрылся. В соседнем зажглись глаза.

— За мной, — повторил некрон.

На этот раз Вард подчинился.

Они прошли вдоль стены, стараясь держаться подальше от запечатанных ниш. Из некоторых доносились удары. В других что-то шевелилось беззвучно. Сержант увидел на одной створке следы прежнего ремонта: несколько слоёв чёрного материала лежали друг поверх друга, словно кто-то многократно заделывал одно и то же повреждение.

Это происходило здесь задолго до их прихода. За спиной опустились ворота. Сразу стало тихо. Некрон остановился у небольшого прохода. Вблизи Вард заметил, что золотые пластины на его груди покрыты мелкими царапинами. На одной из них сохранилась глубокая вмятина, пересекавшая знак, похожий на рассечённое солнце.

— Назовись, — сказал сержант.

Металлическое лицо повернулось к нему.

— Ты находишься в моих владениях.
— Я командую этими людьми.

Некрон посмотрел на лазган в его руках, затем на кровь, засохшую на рукаве.

— Это я понял.

Он снова двинулся вперёд.

Проход вывел их в помещение с полукруглой стеной. По ней перемещались светящиеся знаки; в центре висело объёмное изображение горы, рассечённой множеством тоннелей. Вард узнал верхние горизонты шахты. Ниже располагалось сооружение такой величины, что человеческие выработки выглядели тонкими царапинами на его оболочке. Несколько отсеков пульсировали красноватым светом. От одного из них к поверхности поднималась цепочка точек.

Лекс подошёл ближе, забыв о расстоянии до хозяина помещения.

— Здесь есть выход.
— Был вход, — ответил некрон.

Изображение увеличилось. Вард увидел шахтный подъёмник, рабочую площадку, два грузовых контейнера. Один контейнер стоял открытым. Рядом лежали тела. Не схематические отметки. Тела в рабочей одежде, показанные с такой точностью, что сержант различил полосы на рукаве ближайшего.

Сенн сделала шаг вперёд.

— Это верхняя перевалочная. Мы проходили через неё.
— Изображение сохранено до вашего появления, — сказал некрон.

Лекс склонил голову, рассматривая знаки.

— Временная отметка… Я не могу перевести систему счисления.
— Тридцать один ваш день.

Вард вспомнил автоматические отчёты. Шахта выполнила норму. Пустые комплексы продолжали подавать руду на поверхность.

— Что они увезли?

Некрон не ответил сразу. Один из красных отсеков на изображении раскрылся, показывая повреждённую камеру. В её стене виднелась выработка, проложенная с человеческой стороны. Буровая машина прошла оболочку и остановилась перед нишей, в которой лежал некрон. На следующем изображении машины уже не было.

Ниши тоже.

— Первую находку, — сказал Вард.
— Они пытались извлечь то, что следовало оставить здесь.

Сержант посмотрел на Лекса. Тот держал человеческую руку у груди, сжимая ткань одеяния.

— Ты знал?
— В заявке на обследование упоминались металлические фрагменты неизвестного происхождения. Образцы передали местной миссии Механикус.
— Целый некрон не похож на фрагмент.
— Мне не предоставили полного отчёта.

Вард повернулся к хозяину гробницы.

— Это существо теперь наверху?
— Несколько существ.

Сенн тихо выругалась.

Некрон коснулся стены. Изображение исчезло.

— Пролом нарушил изоляцию повреждённого хранилища. Ваши машины обеспечили путь наружу. Затем мои системы начали пробуждать гарнизон.
— Который стреляет в своих.
— Он выполняет приказ.

Вард вспомнил человеческую кисть на металлической груди и тело Дорна, оставленное на скамье.

— Что с ними случилось?

Впервые некрон задержался с ответом. Его пальцы плотнее сомкнулись на древке посоха.

— Они утратили себя.

Лекс заговорил, когда хозяин помещения отошёл к дальней стене. Он говорил тихо, но сержант не сомневался, что некрон слышит каждое слово.

— Освежёванные. В закрытых сводках описываются подобные особи. Они снимают кожу с убитых и покрывают ею свои тела.

Мара смотрела в пол.

— Зачем?
— Сведения противоречивы.
— Им нужна наша плоть, — сказал некрон со своего места. — Они полагают, что всё ещё способны её чувствовать.

Мара подняла глаза. На мгновение Вард подумал, что она задаст следующий вопрос. Санитарка лишь поправила ремень сумки. Некрон провёл ладонью над светящейся панелью. Где-то под полом возник низкий гул.

— Этот участок будет отделён от действующих систем. Затем уничтожен.
— Вместе с нами? — спросил Кель.
— Если останетесь.
— Открой путь наверх, — сказал Вард.

Некрон повернулся к нему.

— Я открываю его.

За спиной сержанта зашипел сервитор. Кель забыл выключить его полностью: удар по затылочному переключателю лишь заглушил речевой блок. Теперь из грудной клетки машины раздался щелчок, и она вытянула правую руку. В раскрытой ладони лежал маленький обрубок металлического пальца.

Лекс резко отшатнулся.

— Откуда это?

Сервитор не мог ответить. На его предплечье мигала руна выполненного задания. Техноадепт потянулся к переключателю речи. Вард перехватил его руку.

— Ты приказал ему собирать образцы.

Лекс посмотрел на палец.

— Стандартный протокол обследования…

Некрон оказался рядом прежде, чем сержант успел заметить его движение. Он схватил сервитора за плечо и развернул. Посох вошёл в грудную клетку легко, без удара. Свет пробежал по остаткам человеческой кожи; аппарат выгнулся, пытаясь выполнить несколько несовместимых команд одновременно. Металлический палец упал из ладони. Там, где его отсечённый конец коснулся пола, вытянулась тонкая серебристая нить. Некрон раздавил его древком. Затем наклонился над сервитором и вырвал из его груди блок памяти. Лекс издал сдавленный звук.

— Там маршрутные данные.
— Там то, что ты собирался унести.

Некрон сомкнул пальцы. Блок превратился в бесформенный комок. Вард опустил оружие. Спорить было не о чем. Путь наверх проходил через служебные галереи. Здесь не было саркофагов. В нишах неподвижно висели сегментированные механизмы, похожие на существо, убившее Дорна. Некоторые лишились лап, у других пустовали гнёзда линз. По ним ползали жуки, вынимая повреждённые детали.

— Почему один напал на нас? — спросил Вард.

Некрон шёл впереди.

— Потому что вы были нарушителями.
— А воин его уничтожил.
— Потому что я изменил приказ.

Ответ прозвучал с той же сухой точностью, что и всё остальное. Вард некоторое время смотрел в спину проводника.

— Ты давно проснулся?
— Достаточно давно, чтобы увидеть, во что превратились мои владения.

Они прошли ещё около ста метров. Лекс то и дело оглядывался, словно боялся пропустить что-то, что оправдало бы весь спуск. На развилке хозяин остановился. Из бокового коридора вышли три воина. Один нёс повреждённое оружие; у другого отсутствовала часть черепа, и внутри пустоты дрожал зелёный свет. Некрон произнёс приказ. Воины развернулись и встали поперёк бокового прохода. Оттуда донёсся скрежет. Вард заметил кровь на ближайшей стене. Она ещё не успела потемнеть.

— Это за нами? — спросила Сенн.
— Это за вами, — ответил проводник.

Он повёл их дальше. За спиной загрохотало оружие. Зелёные вспышки догоняли разведчиков на каждом повороте. Сначала Вард слышал ровные промежутки между выстрелами, затем стрельба стала беспорядочной. Один звук оборвался на середине. Кель ускорил шаг. Лестница вывела их к грузовой площадке. Вард узнал её по жёлтой полосе на стене и разбитому кожуху вентилятора. Это была нижняя станция старого подъёмника, отмеченная на шахтной карте как недоступная. С человеческой стороны проход завалило породой; теперь камни лежали аккуратной грудой вдоль стены. Клеть стояла у направляющих.

Сенн бросилась к пульту, смахнула пыль и включила питание. На табло возникли две тусклые цифры.

— Работает.

Она попыталась вызвать поверхность. В наушнике Варда зашипело.

— …тринадцатая, повторите идентификатор…

Сержант почувствовал, как под бронёй по спине течёт холодный пот.

— Разведгруппа Вард. Нижняя грузовая станция Семнадцать-Южной. Контакт с некронами. Нужен огонь по устью после нашего выхода. Приём.

Ответ утонул в помехах. Позади них металлический проводник повернул голову к проходу. Вард услышал приближающиеся когти.

— В клеть, — приказал он.

Мара и Сенн зашли первыми. Кель возился у пульта, пытаясь отменить старую блокировку. Брен держал лазган направленным на коридор. Лекс остался возле некрона.

— Ваше обозначение, — произнёс он. — Хотя бы династическая принадлежность.

Вард схватил его за плечо.

— Пошёл.
— Это сведения стратегической…

Из прохода вылетело тело воина. Оно ударилось о край площадки, перекатилось и застыло. Между рёбрами торчали длинные когти. Следом появился освежёванный. На его плечах лежало лицо Дорна. Вард узнал щетину, кривой шрам возле губы и светлый участок кожи, который раньше закрывал ремень шлема. Всё остальное было натянуто неправильно. Брен начал стрелять.

Лазерные лучи обожгли металлическую грудь. Существо метнулось в сторону, коснулось стены и на миг исчезло из виду, словно провалилось в неё. Ещё два показались за его спиной. Некрон шагнул им навстречу. Первого он разрубил поперёк тела. Верхняя половина ударилась о пол и продолжила тянуться к людям. Второе существо прыгнуло ему на плечи, вцепилось когтями в золотые пластины. Третье обошло их. Брен успел выстрелить один раз. Кель дёрнул рычаг. Клеть вздрогнула, но не поднялась: открытая ограда не давала замкнуться цепи. Вард вытащил Лекса за ворот, втолкнул внутрь и потянул створку. Брен стоял по другую сторону. Мара схватила его за ремень, но коготь уже пробил ему шею. Стрелок ударился лицом о решётку. Из открытого рта потекла кровь. Сержант отпихнул Мару и закрыл ограду.

Клеть пошла вверх. Последнее, что он увидел внизу, было зелёное лезвие. Оно прошло сквозь освежёванного вместе с телом Брена. Затем площадку скрыла каменная перемычка. На поверхности их встретили под дулами. Сенн успела передать достаточно, чтобы гарнизон не счёл возвращение группы хорошей новостью. Разведчиков вывели из клети по одному. Оружие отобрали, руки заставили держать на виду. Мара попыталась объяснить, что Лексу нужен осмотр: из-под его капюшона шла кровь. Лейтенант у оцепления приказал ей молчать.

Вард посмотрел на рудные контейнеры возле подъёмника.

— Их трогали?
— Какие?
— Эти. Открывали?

Лейтенант перевёл взгляд. Один контейнер был пуст. Второй закрыт. Изнутри донёсся тихий металлический стук. Вард рванулся к ближайшему солдату, выхватил у него лазган и ударил прикладом по тревожной кнопке на стойке.

После этого события стали короткими и плохо связанными. Красный свет над шахтой. Чей-то приказ лечь. Зелёная вспышка, поднявшаяся из клети. Удар такой силы, что Вард потерял ощущение собственного тела. Он очнулся на земле, за бетонным ограждением. Там, где была подъёмная башня, стояло облако пыли. Кель лежал рядом и держался за обожжённое лицо. Сенн сидела, привалившись к бетонному блоку, и всё ещё пыталась говорить в передатчик. Мара ползла к раненому солдату оцепления. Лекса Вард не видел. Закрытый контейнер горел. По земле возле него лежали чёрные металлические обломки. Один шевелился. Сержант поднял лазган. На этот раз он стрелял, пока зарядная ячейка не опустела. Через пять часов Вард закончил третий допрос.

В помещении было тепло. На столе стояла вода, но никто не предложил ему пить. Офицер полковой разведки перелистал записи и задержался на последней странице.

— Вы утверждаете, что некрон помог вашей группе.
— Он вывел нас к подъёмнику.
— Почему?

Вард долго смотрел на пустой стакан.

— Мы мешали закрыть повреждённый сектор. Возможно, так ему было проще.

Офицер что-то записал.

— А затем уничтожил шахту.
— Нижнюю станцию. Башня обрушилась вместе с ней.
— Вы уверены?
— Нет.

Офицер поднял глаза. Такой ответ, кажется, устроил его больше предыдущих. Тело Лекса нашли у пульта подъёмника. При нём осталась пластина с записями. Механикус забрали её вместе с останками; Вард успел увидеть лишь заголовок предварительного заключения.

«Подтверждён комплекс действующих ксеномеханизмов. Рекомендуется ограничить огневое воздействие до прибытия специалистов». Он рассказал об этом следователю.

Тот не изменился в лице.

— Вы солдат, сержант. Ваше дело — установить угрозу.
— Я установил.
— Дальнейшие решения принимаются на другом уровне.

Допрос закончился. На четвёртый день разведчиков отправили к полку. Их осталось четверо.

Кель почти не говорил. Сенн записала позывные Дорна и Брена на внутренней стороне крышки вокс-передатчика. Мара вернула Варду жетон Дорна.

— Сам отдашь, — сказала она.

Он положил его в нагрудный карман.

Колонна уходила на север, к последним поселениям мятежников. Перед выездом Вард увидел, как по соседней дороге тянутся транспортёры Механикус. На платформах лежали буровые установки, резаки и закрытые контейнеры.

Один из тягачей остановился возле регулировщика.

— Семнадцать-Южная? — спросил водитель через усилитель.

Регулировщик указал на восточную дорогу. Вард сидел под брезентом грузовика и слушал, как двигатели уносят тяжёлые машины к шахте. Он мог спрыгнуть. Мог добежать до тягача, показать приказ о карантине, назвать имена погибших. Мог снова рассказать про зелёные глаза за запечатанными створками. Потом он посмотрел на Мару. Она спала, прижав медицинскую сумку к животу. Сенн проверяла связь с головной машиной. Кель пытался застегнуть воротник руками, обмотанными бинтами. Сержант остался на месте. Грузовик тронулся. Глубоко под горой некрон стоял перед закрытыми воротами.

От его правого плеча осталась лишь часть каркаса. Золотые пластины лежали на полу, и механические жуки медленно собирали их вокруг повреждённого сочленения. За воротами скребли. Он проверил питающие линии, затем отключил последнюю из них. Знаки на створках погасли. Ремонтные механизмы продолжали работать от отдельного контура; этого должно было хватить. Когда-то в зале находились те, чьи имена он помнил. Теперь он помнил, в каком саркофаге лежал каждый.

Из верхних горизонтов пришло сообщение о вибрации. На границе внешней оболочки начали работу новые машины.

Некрон посмотрел на схему выработок. Затем вызвал оставшийся гарнизон и изменил приказ.

На этот раз живых следовало уничтожать до того, как они станут мёртвыми.